628
0

Билимбай. Лица. Антонина Чижова: «Ну-ка, братцы-кролики, разверните-ка самолет»

Мы подъезжаем к маленькому, аккуратному, деревянному дому — недалеко от Билимбаевского пруда. Там нас ждут, чтобы поделиться историями — историями рода, поселка, показать карту, за которой охотятся многие охотники за артефактами. Волнуемся — кажется, и вопросы не те, и компания мы слишком шумная.


Нас встречает лохматый "красавец" — таких котов встретишь нечасто: видно, что обормот, но степенный, закаленный в уличных драках, откормленный деревенской сметаной. Кот здоровается и смотрит своими зелеными глазами — не поймешь, то ли в дом приглашает, то ли спрашивает, какого черта приперлись.

— Здравствуйте, а мы вас ждем, — ворота открывает внучка Антонины Александровны Чижовой (к ней, собственно, мы и напросились в гости) Наталия, учительница билимбаевской школы.

Проходим в дом — в нем семья живет 37 лет, а сколько он простоял до них — одному богу известно. Низкие потолки, массивные деревянные двери, скрипучая лесенка. Проходим в комнату, где на диване, сложив на коленях натруженные руки, сидит Антонина Александровна. Наталия Васильевна  — ее внучка. Здесь же бегает правнук — младший сын Наталии Никита. С плюшками. И пистолетом.

Антонина Александровна Чижова

Мы садимся за стол, который ломится от конфет и печенья. Чайный сервиз как с картинки советского периода — оранжевый в крупный горох. Нам не до чая — просим достать фотоальбомы.

Антонина Александровна «командует» внучкой:

Наташа, ну не там же, под скатертями альбомы-то.

На стол ложатся старые, пожелтевшие альбомы. В них — черно-белые фотографии. Вот юная Тоня  — ей чуть больше 20 лет, она среди таких же девчонок. Рабочая бригада на стройке ТИМовского детсада. Здание живо и по сей день.

— А мужчины где же?

— Мужчины… были где-то. Снимает нас точно мужик, — вспоминает Антонина Александровна.

Антонина Александровна перебралась в Билимбай маленькой девочкой — семья переехала из Битимки, на Тутовой горке жили. Приехали к брату. Про переезд не помнит, как раскулачивали — смутно. А вот про Великую Отечественную помнит, но рассказывает скудно — тяжелые воспоминания:

— Плохо жили, голодно. Тогда в Билимбае, в годы войны, не родилось ничего — ни картошки, ни зерна. Скотина была, вот и жили. Я же в семье младшая из семерых (Антонина Александровна родилась в 1932 году — ред.), старший брат на войне погиб…

— В 18 лет его забрали на войну, спустя год пришла похоронка. Хутор Большая Донщина, большое танковое сражение там было. Под Сталинградом. Оттуда похоронка пришла. Я пыталась отыскать могилу, делала запросы. Но ответа все еще нет, — добавляет Наталия Васильевна.

— Лепешки на олифе жарили, — выдает Антонина Александровна.

— Это как? Она же несъедобная.

— А вот так.

В войну женщина работала на эвакуированном заводе №468. Там она и другие девчонки выполняли нехитрую работу — покрывали олифой балки. Приносили немного и домой.

 

Про секретные конструкторские бюро, где разрабатывали самолет БИ-1, знает мало — на то они и секретные. А вот про летчика-испытателя Григория Бахчиванджи помнит. Улыбается загадочно, а Наталия Васильевна рассказывает семейные истории:

— В годы ВОВ Бахчиванджи спускался к нам, на пруд, дед был мальчишкой. И он запомнил, что он его видел, рассказывал, в чем одет был, как ходил. Самолет, когда спускался, ребятишки к нему бежали. А Бахчиванджи им: «Эй, вы, братцы-кролики, а ну-ка быстро самолет поверните». Рассказывал, что самолет они разворачивали, а тот улетал в Кольцово. На экспериментальном, фанерном самолете. Не на БИ-1.

Смутно припоминает Антонина Александровна, как рушили Свято-Троицкий храм, поджимает губы:

— Иконы выбрасывали, местные их тайком собирали. Руководил всем… Сандаков, что ли. Быстро помер потом.


 

Легенды Билимбая — любимая тема Наталии Васильевны. Своим школьникам она их рассказывает часто, поводила ребятню по поселку, показала тайные местечки.

— Легенд в Билимбае много. Про башкирскую  девушку Баку, например. Могилу ее нашли, рассказывают,когда закладывали церковь. В Билимбае четыре церкви было. Все они горели, все были деревянные. А последнюю — каменную — строили на деньги Софьи Строгановой. Храм белокаменный.  Когда начали строить, нашли колоду деревянную, а в ней — девушка, будто вчера померла, хотя времени прошло…  Кто-то сказал, что это Бака — сестра Билима. А почему ее не принимает ни земля, ни небо, так потому, что она влюбилась в русского офицера и хотела с ним сбежать. Но брат не позволил. На Липовой догнал беглецов и убил офицера. Бака долго оплакивала — там, на Липовой, сейчас Бакин Ключ бьет.  Когда она вернулась в свое селение, то  хотела покончить с собой, но ей помешали. Позже она умерла — от тоски. Священник, который должен был окропить это место для постройки храма, решил и тело Баки окропить святой водой, чтобы она смогла соединиться с любимым на небесах. Как гласит легенда, тотчас платье стало расползаться, тело стало прахом, только белое облачко поднялось в небо, — поведала Наталия Васильевна. — Подземные ходы в Билимбае  есть.  Они ведут от церкви к дому священника, где сейчас находится музей фонда Строганофф, другой ход ведет на завод, третий ход — к дому управляющего заводом…

Рассказы о легендах прервал кот — громким настойчивым мяуканьем. Это он Антонину Александровну потерял.

— А вот и карта, — Наталия Васильевна аккуратно достает длинный, желтый путеводитель по Чусовой. Антонина Александровна чутко смотрит — еще бы, эту карту завещано никому не продавать и никуда не отдавать. — Эту карту нам отдал наш дедушка. Как он сам рассказывал, эта карта лоцмана, его предка, который сплавлял отсюда билимбаевское железо. Ему она от прадеда досталась. Я узнавала — это карта 1800 года. За мной долго ходили, упрашивали продать. Я не продала.

 

Карта Чусовой. 1800 год

Наталия Васильевна хранит карту для музея — будущего, школьного. В новой школе таковой (в планах строительство школы в Билимбае — в 2019 году — ред.) планируют оборудовать. Давно пора — ведь коробки с редкими фото, документами лежат в проходном помещении Билимбаевского СТУ, могут и не досчитаться чего-нибудь.

А мы обязательно вернемся в этот дом с котом, жители которого так аккуратно и ревностно хранят истории Билимбая. Не дослушали ведь.


Фото Валентины Юлдашевой