385
0

С детьми надо разговаривать

Ветеран МВД Ася Кознова вспоминает, как спасала детей от колонии. 


  А меня вообще-то боялись.Мне сейчас сотрудники уголовного розыска в любви признаются. Раньше, говорят, подойти боялись — «Вы же такая строгая». Я же черная была, глаза вот такие большие. Но я же нормальный человек. Просто на работе никогда не улыбалась, говорит ветеран МВД Ася Кознова. — Фамильярничать с детьми-правонарушителями нельзя.

Ася Афанасьевна проработала в полиции 28 лет. Начинала с рядового сотрудника, а потом стала начальником Инспекции по делам несовершеннолетних. Во время службы большую часть времени детская комната милиции была частью отдела Уголовного розыска.  

Говорит, работая, пыталась спасать детей и подростков от колонии.Считает, что главное — это давать правовое знание: дети должны знать, за что будут наказаны. Однажды, вспоминает, проводила профилактическую  беседу в школе и рассказывала детям, какие наказания за преступления.

Через два дня  произошел грабеж на Динасе. Пятеро подростков отобрали у рабочего авоську, где были: пачка сахара, чая и палка колбасы. Сотрудники уголовного розыска выехали на место и сразу нашли виновных — пьяные ребята, всем по 15-16 лет. Их арестовали, привезли в отдел милиции и возбудили уголовное дело.

Через день-два пришел ко мне ученик из той школы, в которой я проводила беседу. И говорит: «Ася Афанасьевна, спасибо вам. В это группе же был мой брат, он и меня звал. Говорил — тут рабочие получают деньги, пойдем грабанем. А я вспомнил,что меня ждет 7-10 лет колонии, и не пошел. Я и его пытался отговорить». И он так переживал, что не смог спасти брата. Им тогда за пачку чая и сахара по 7 лет колонии дали.

 

Инспектор ПДН — и психолог, и врач, и невропатолог

 Это в школе у меня было прозвище — Кобра. Потому, что в очках. А на работе звали только Ася Афанасьевна. Даже дети никаких прозвищ не давали.

Ася Кознова родилась в рабочем поселки Калужской области. Закончила педагогический класс, потом — исторический факультет педагогического университета.  

И по распределению сначала попала в село Сусея, где в местной школе вела все предметы, кроме алгебры, химии и физкультуры.


А потом — на Урал, работать в детскую комнату милиции. Туда брали исключительно женщин с педагогическим образованием. Кроме того, к сотрудникам были и другие требования:

Рост — не ниже 155 см

Прямые ноги

Стройная фигура

Красивое лицо

Это потому, что дети любят красоту, — поясняет Ася Афанасьевна. — А детей в ответ тоже надо любить. Иначе они тебя отторгнут. А тех, кто всю душу в работу вкладывает, наоборот, ценят. Инспектор — это и психолог, и врач, и невропатолог. Он должен понять, что происходит и помочь ребенку исправиться.

Работали вдвоем — Ася и ее руководитель, он отвечали за весь Первоуральск и поселки. На двух сотрудниц приходились тысячи детей и подростков. Поэтому трудились без выходных и отгулов. Детская комната милиции на самом деле была одним из помещений в трехкомнатной квартире жилого дома. Где работали, там и жили — в прямом смысле слова.

К слову, когда Ася Афанасьевна заняла пост руководителя, местная инспекция по делам несовершеннолетних стала базовой в Свердловской области — все специалисты приезжали учиться в Первоуральск.

 

С каждым нужно работать индивидуально

К каждому ребенку нужен свой подход. Как рассказывает Ася Кознова, дети начинают совершать правонарушения и убегать из дома не только в неблагополучных семьях. Многое зависит от того, как поведут себя родители.

Были два друга, с которыми сотрудники милиции сильно мучились — мальчики, 3—4 класс. Один был лидером, а второй — ведомым. Родители за ними никак уследить не могли. Дети постоянно убегали из дома — почти каждую неделю, повторялось это раз 15. Разрабатывали план, вычисляли время, пока родителей нет дома, и проникали в поезда.

Они все бежали в Москву, посмотреть, сколько медалей у Брежнева. И будет ли место, куда пятую вешать. Они признавались, что хотят открывать новые земли увидеть. А учиться-то они хорошо учились — не хотели, чтобы их ругали еще и за учебу.

Тогда это было не принято и сложно, но родители привели детей на прием к психологу. Он сказал — если до 15-ти лет успокоятся, все нормально будет. И на самом деле дети успокоились.

Сложнее работать, когда подросток начинает проявлять характер и совершать проступки с 14 до 18-ти лет. Однажды бабушка привела  в детскую комнату милиции внука— не знала, что делать. Она одна занималась воспитанием — родителей лишили родительских прав. Внук неплохо учился, с дурными компаниями не связывался. На людях он был хорошим парнем, а дома — садистом. Он методично издевался над бабушкой.

И это был самый страшный случай, признается Ася Афанасьевна.

И вот она пришла. До такой степени он ее извел, что она схватила стул и начала им бить внука. Пока мы старались ее остановить — она стул разбила. И только тогда он присмирел.

Пенсия у бабушки небольшая, внук об этом знал и воровал деньги, приводил домой товарищей — они съедали все продукты. По ночам включал музыку и мешал бабушке спать. Она не рассказывала, унижал ли он ее. Не жаловалась — перед соседями было стыдно.

— Его исправить удалось — когда бабушке стало плохо, и он понял, что никому в этой жизни нужен не будет.  

 

С детьми надо разговаривать

У самой Аси Козновой двое детей. Дочь получила два высших образования, работает руководителем в коммерческой фирме. Сын — служил в ОМОНе, трижды призер международных соревнований по пауэрлифтингу.

Они как-то сами росли. Я их не видела, ни днем, ни ночью. Но всегда им все объясняла, Считаю, что надо говорит, говорить и говорить  с детьми. Вот тогда они вырастут приличными людьми. Я их иногда пугала — говорила, что коммунист, и если они будут плохо себя вести, мне будет дурно.

Может, неплохо работает и личный пример. Ася Афанасьевна работала честно.

Самый обидный момент в жизни — 90-е годы, когда зарплаты были очень маленькие. И в это время, выходя с работы, сотрудница милиции встречает бывшего «выпускника».

Он стоит возле «Волги», в американской «вареной» джинсовке. Я его узнала. Говорю «Володя, ты из колонии вернулся? А чего ты такой богатый?». Он: «Да, Ася Афанасьевна, это я удачно сел. А давайте вы в нашу бригаду — будете у нас крестной матерью. Будете знаете какие деньги получать!».

И мне так стало обидно, что он такое предлагает. Ну, думаю, служба есть служба.

И говорю:

— Нет уж, я лучше дослужусь.

— На свои гроши что ли?

— Да, на свои гроши.

 

Слово нужно держать

Нужно обязательно держать слово перед детьми. Когда я работала в детской комнате милиции, с детьми у нас были секреты — от учителей, от родителей. Они просили не рассказывать, и я это делала. Они это очень ценили.

Недавно, говорит Ася Афанасьевна, встретила «выпускницу». Та в 16 лет с компанией подруг избила знакомую — за сплетни. За хулиганством зачинщица попала в Рефтинское спецучилище — скажем так, в школу специального режима. А сейчас эта девушка изменилась. Говорит, у нее муж и двое детей — и если бы не инспекторы ПДН в свое время, то этого всего этого и не было.

Такое Ася Кознова слышит довольно часто:

Мне бывает неловко. Тут пошла на ярмарку и встретила нашего бывшего подотчетника. Тоже с женой, с детьми. Сначала не узнала его, он представился и говорит своей семье: «Смотрите, это Ася Афанасьевна. Если бы не она, вас бы у меня не было. Кланяйтесь ей». Наверное, это самое милое, что мне приходилось слышать.


Фото Анастасии Нургалиевой