877
0

У нас нет отношения к мусору как к сырью

Почему эколог Владимир Плюснин предсказывает периодические мусорные коллапсы Первоуральску


Все первое полугодие мы наблюдали последствия проблем, возникающих в связи с утилизацией бытовых отходов. Подмосковье задыхается от гниющего мусора. На местах населенные пункты обрастают несанкционированными свалками. Из-за неразвитой инфраструктуры в небольших городах периодически происходят перебои с вывозом мусора. В частности, недавно в Первоуральске из-за банальной поломки мусоровоза, в нескольких районах были переполнены контейнерные площадки. Сначала власть самоустранилась и начала переваливать ответственность за возникшую проблему на «управляшки». Вмешалась прокуратура, последовали совещания в администрации. Когда все благополучно решилось, повесила себе медальку за ликвидацию коллапса, о чем население незамедлительно оповестили провластные СМИ. Но проблема не ушла — она затаилась. То, как с этой проблемой справиться окончательно, мы обсудили с экологом-экспертом по старопромышленным территориям, членом Общественного совета областного Министерства природных ресурсов Владимиром Плюсниным.

Владимир Плюснин, эколог

— В течение нескольких лет Первоуральск периодически переживает мусорные коллапсы. В чем причина?

— Не будем кокетничать. Это проблема не только Первоуральска. Эти коллапсы переживает целая страна под названием Российская Федерация. В 2011 году мы тесно работали с Общественной палатой РФ. Тогда были самые замечательные настроения. Работала огромная группа, которая готовила поправки в «мусорный» закон. «Мусорное» законодательство должно было стать революционным на территории России. Оно должно было решить несколько проблем. Первая — оформление необходимых документов в сфере обращения отходов. Лицензирование приема, размещения и переработки. Это сложный процесс. Вторая — у нас урезаны права муниципалитетов в части контроля почти до нуля. Другого слова, кроме как идиотизм, я к этому подобрать не могу. Кто отвечает за мусор? К кому идут граждане? К местной власти. Что может сделать власть? Обратиться в надзорные органы. Но надзорные органы за каждой отдельной свалкой гоняться не будут. Поэтому у нас и возникала разного рода художественная самодеятельность типа акции «Первоуральский свин». Дело муниципалитетов не ахать и не охать, не говорить, что вот посмотрите, как нас по рукам связали, мы ничего сделать не можем. Да, сложно, но надо умудряться и в этой ситуации что-то делать. Я последнее время наблюдаю, что местное самоуправление повсеместно мусорную тему пытается просто от себя отпихнуть. А то, что касается Первоуральска, еще в октябре прошлого было очевидно, что коллапс с вывозом мусора сложится к середине года.

— Что именно служило предвестниками?

— Когда в октябре прошлого года наш славный городишко на окраинах начал зарастать негабаритом, затем начались сбои с вывозом баков — это были серьезные сигналы о том, что рано или поздно дойдет до коллапса. А до этого произошли странные организационные пертурбации.  За мусор стал отвечать «Экофонд». А это всегда была функция коммунальных служб. Жителям надо, чтобы около подъездов, в парках и около контейнерных площадок мусора не было. Чтобы он регулярно вывозился и не валялся. Куда он девается, население не волнует. А вот куда он девается, и должно волновать экологов. А у нас экологи вместо коммунальщиков почему-то организуют вывоз, а куда мусор везут — непонятно. В прошлом году Первоуральск на совете министерства природных ресурсов был отмечен как город, где нет легального, входящего в Госреестр, мусорного полигона, который отвечал бы всем требованиям безопасности. Есть мусороперерабатывающий завод. А что он делает? Ни я, ни вы не знаем. Но кто-то, наверное, знает. Но молчит. Я хорошо помню, как в мою бытность депутатом местной Думы, мы делали выезд это на предприятие, и нам пообещали, что через день здесь все будет восстановлено — и сортировка, и прочие прелести, и все заблагоухает. Что я сегодня вижу? Кучу мусора передвинули за здание завода. Вот, собственно, и все революционные изменения. Закрыта городская свалка. При всех ее негативных моментах, хоть какой-то объект, но был. Понимаю, это звучит несколько крамольно. Но сейчас-то вообще ничего нет. Со свалкой понятно — она создана в 1953 году по личному распоряжению Сталина. От небольшого ума воткнули ее в федеральные леса. Прошли заседания суда, в ходе которых какие-то немыслимые деньги наложили на эксплуатирующую эту свалку организацию, у которой только стул и стол. Заведомо известно, что никакие экологические ущербы она ликвидировать не будет. В результате у нас нет полигона, а куда вести мусор решает перевозчик. Если у него что-то не получается город зарастает отходами. 

— Что должен делать муниципалитет?

— Из всех руководителей муниципалитета, с кем приходилось работать, надо отдать должное Максиму Федорову. Им была абсолютно четко сформулирована задача по утилизации отходов, и он ее решал. Искали руководителей завода ТБО, продвигали решение земельного вопроса под полигон. А что касается современных наших топ-менеджеров, то на одном из заседаний Думы пафосно говорилось о том, что придет некий инвестор на нашу городскую свалку 1953 года рождения, немедленно наведет порядок, немедленно сделает всю документацию, вложит деньги и продлит ей жизнь. В результате программа «Первоуральск — 300» победила со страшной силой, равно как и свалка победила эту программу. Сейчас город остался без собственной серьезной мусороперерабатывающей инфраструктуры. Пока есть возможность прильнуть к ревдинскому полигону и к Екатеринбургу, что и делает ряд управляющих компаний. Это, по моему мнению, даже не желание жить одним днем. Это банальное неумение видеть не то что на один шаг вперед, а неумение вообще вперед смотреть. Если принимается такое серьезное программное решение по полигону, нужно грамотно оценить все риски — куда повезем, что будем делать, как после этого содержать в чистоте город. Еще было много пафосных речей, когда открывали новые контейнерные площадки. А в каком сейчас состоянии площадки, это уже отдельная песня. И, насколько мне известно, после установки контейнеров задним числом вносились изменения в схему очистки. У Федорова администрация, начиная с начальника организационного отдела до последнего юриста, работала на то, чтобы мусорная проблема была решена в комплексе. Провели колоссальную работу с председателями коллективных садов, уличных комитетов. Нельзя человеку просто сказать — плати деньги,  ему надо продать услугу по вывозу мусора.

— Но сегодня регион взял на себя бремя решения мусорных проблем муниципалитетов.

— Да,сейчас речь идет о работе мусорного оператора. Очень интересно с какой эффективностью и когда он начнет работать. По области их будет три. В нашем Западном управленческом округе формально будет один на все города и поселки. Но основной задачей оператора будет собрать с нас деньги за мусор. То, что стоимость услуги подрастет, даже гадать не надо. А вот что будет с качеством? Останется ли оно, хотя бы, на прежнем уровне? Пусть плоховатом, но реально существующем. Или уровень упадет? Запад — это деревни. Недавно были в Ачитском районе в деревне Ключевской. Там мусор перевозят газончики, они старше, чем танк Т-34. Машина, конечно, надежная. Но, это образ инфраструктуры. И повисает вопрос — а мы готовы к приходу оператора? Мелкие операторы просто лягут под крупного, который урежет им финансирование, и они просто загнутся. У нас очень хорошо получается аккумулировать в своих руках деньги населения, и при этом ни за что не отвечать.

— Приход оператора дело не ясной перспективы, а что делать сейчас?

— Пока мусорный оператор не вступил в свои полномочия, за утилизацию отходов отвечает местная власть. Но у местной власти нет умения смотреть на шаг вперед. Нам обещали приход супер-менеджеров, которые просто всем покажут, как надо работать. Они показали, мы посмотрели. Увидели, что надо выбирать. Либо мы пытаемся одномоментно покрасить стенку в яркий цвет и сказать населению — смотрите, как стало красиво, либо начинаем проводить очень тяжелую, нудную, кропотливую, никому не видную работу, без которой в будущем ничего не сделаешь. Попытка выдать желаемое за действительное работает первые пять минут. А потом имеем то, что имеем. Поэтому, что нужно сделать сейчас? Надо ставить все с головы обратно на ноги. В сфере обращения с бытовыми отходами должны работать коммунальные службы. «Экофонд» должен отвечать за безопасное складирование и безопасную утилизацию отходов. Ликвидация свалок, уборка территории, вывоз — это забота коммунальщиков.Еще есть припер Перми. У них еще в 1995 году была введена раздельная схема сбора бытовых отходов.  И не на два компонента, а на пять.

— Смысл собирать отдельно, если все сваливают в одну машину?

— Смысл? Вспомните весну, в этот сезон везде валяется ПЭТ-бутылка. Город просто завален. А ПЭТ — это деньги чистой воды. В 2011, когда на уровне Общественной палаты РФ была эйфория, что мы все преобразуем, очень серьезно работали над созданием экономики по переработке вторичных ресурсов. Это важная государственная проблема. Отдельно в городе Первоуральск ее не решить, даже при наличии мусорного завода. У нас невыгодно собирать и утилизировать мусор. На все копеечные цены и гигантское контролирующее бремя. У нас нет отношения к мусору, как к сырью, а есть отношение, как к источнику загрязнения. На предпринимателя навешивается столько лицензий, что он готов повеситься. Классический пример — утилизация батареек. Представители крупных торговых сетей организовали их сбор. Но пришли контролеры, сказали: давайте лицензию, специально обученных людей, дайте ещё и пятое, и десятое. А кроме этого, заплатите. А в России, по-моему, единственный завод по утилизации электропитающих элементов находится в Челябинске. Так вот эти торговые сети сказали: да идите вы подальше со своими лицензиями и обучениями. И сегодня, все аккумуляторы и все батарейки благополучно вываливаются в окружающую нас среду.

Это пример классического бюрократического подхода к системе. Мы создали проблему, которую через 5 лет будем героически решать. В Советском Союзе работа со вторсырьем была поставлена если не идеально, то близко к идеалу. После гражданской войны, когда промышленность лежала в разрухе, стратегический металл (олово) получали из консервных банок. До тех пор, пока не подняли собственное производство. На дорогах не валялись тряпки и кости, не было проблем с утилизацией макулатуры. Бумажная промышленность была на 40% обеспечена сырьем за счет макулатуры. Собирать вторсырье было выгодно. За телегу сырья, можно было получить отличные хромовые сапоги. Это же как плазму сегодня. Это была огромная государственная программа.  Металл сегодня как-то утилизируется, а вот со стеклом проблемы. На нашей памяти бутылка в СССР стоила 12 копеек, и найти бутылку считалось большой удачей. Вспомним студенческую юность, берешь три бутылки пива, опустошаешь, сдаешь тару и берешь еще одну бутылку с пивом. Никто стекло направо и налево не разбрасывал. Пищевая пластмасса стоит очень дорого. Мы ее как бы отдельно собираем, а потом в общую лохань вываливаем и благополучно куда-то вывозим. А это живые деньги. И то, что нет системы вторичного сбора утиля — это совершенное неумение получать деньги из ничего.

— У нас постоянно растут тарифы. От чего должны зависеть рост или снижение тарифа на сбор мусора?

— Когда ставили новые контейнерные площадки, и пытались увеличить тариф, я задавал простой вопрос: ребята, а у вас кто-то проводил в городе изучение морфологии отходов? В какую сторону изменился состав отходов. Нам говорят, что мы мало платим за вывоз мусора. С чего бы? Образующийся мусор напрямую зависит от уровня нашего потребления. В сравнении с 2007-2008 годами мы в потреблении провалились. Когда нефть перла со страшной силой, можно было в любом банке оформить любой кредит. Все мусорки были завалены мебелью, телевизорами, и уборка негабарита была чудовищной проблемой. Сейчас уровень потребления снизился намного. Засилия негабарита нет. Нет вопиющего засилья ПЭТ и другого пластика. Работать мусорщикам стало комфортнее. Сейчас меня никто не убедит, что за мусор надо повышать расценки. Вы просто не умеете с ним обращаться. У нас есть хороший опыт в этом плане — Андрей Андреевич Сазонов, первый директор нашего завода ТБО. На муниципальном предприятии он добился пусть небольшой, но прибыли. А теперь у него собственное великолепное предприятие, которое в нашей области приводят в качестве примера, даже флагмана мусороперерабатывающей промышленности. Он выпускает скамейки, бордюры, дорожные отбойники из пластика. Огромный спектр продукции. Но, к сожалению, это единичный случай. Между Ревдой и Первоуральском планируется площадка для переработки промышленных и бытовых отходов. В том числе и утилизация старой компьютерной техники. В ней много хорошего, но и всякой гадости тоже хватает. Это будет центр, который будет обслуживать несколько территорий. А эта идеология в свое время закладывалась под завод ТБО. Так что, есть примеры, что даже в наших условиях можно работать и получать прибыль, но это исключения.

 

— Как из таких исключений создать новое правило?

— Я с большой осторожностью отношусь к мусорным операторам. Мы начинаем с того, что незаметно пытаемся залезть в карман к населению.  Это очень хорошо получается. Но даст ли это эффект? Есть принцип: мысли глобально, действуй локально. Предприниматель должен представлять глубину проблемы в целом и делать то, что от него зависит. Без серьезных подвижек на федеральном уровне говорить о решении местных мусорных проблем — наивно. Если не будет эффективного законодательства, которое дает широкие права муниципалитетам в плане обращения с отходами, если не будет развитого законодательства по переработке вторсырья, создающего экономические условия для работы предпринимателей, облегчающего контрольное и налоговое бремя, ничего не произойдет.Кроме того, нужно продвигать «новую культуру». Не надо населению самому бояться запачкать ручки. Очень хорошо промывает мозги уборка мусора на субботниках.

Последствия поломки специальной техники для вывоза евроконтейнеров

Гадят все, убирают за собой единицы. Надо молодежь к уборке территории привлекать и не бояться этого. Один раз навел порядок, в следующий подумаешь, зашвыривать ли бутылку в кусты. Начинать надо с мозгов. А дальше начнем придумывать технологии как ПЭТ переработать и стекло поднять. Меня тут посетила мысль, что волонтерские движения по уборке свалок развивают в населении инфантилизм. Люди уверены, что после них кто-то придет и приберется. Тут что-то надо менять в плане социальной ответственности. Ситуация ухудшается. У нас из-за захламления, по данным санитарных врачей, даже не осталось водоемов, пригодных для отдыха. Кто ж в этом виноват-то?Сами и виноваты. Поэтому нужно учиться работать и кнутом, и пряником. Плохих воспитывать, а хороших поддерживать. Нужна мощная пропаганда среди населения, чтобы привить культуру обращения с отходами. Нужны серьезные изменения в сфере законодательства, которое сегодня устроено по принципу — если нельзя, но очень хочется, то можно. Это утверждение основываю на моем опыте работы в муниципальной структуре. О чем он говорит? О том, что иногда ноги стопчешь до колен, чтобы найти нарушителя. Найдешь, напишешь в надзорные органы. А штраф на него наложат такой, что он даже не оправдывает стоимость исписанной бумаги. Поэтому никто ничего не боится.