524
0

Защищать клиента нужно с «холодной» головой

31 мая — день адвокатуры. И в честь пусть и прошедшего праздника, мы поговорили с адвокатами Адвокатской Конторы №1 Первоуральска. 


Адвокат Дмитрий Тиунов берется за самые сложные уголовные дела. В том числе — убийства, изнасилования, дела с наркотиками и другие. Потому, что любит сложности и уверен — человек должен ответить только за то, что совершил.

Дмитрий Тиунов, адвокат адвокатской конторы №1 Первоуральска, член Свердловской областной Коллегии адвокатов.

 — В адвокатской конторе я с 1993 года. В феврале закончил Уральскую государственную юридическую академию — хотя поступал еще в СЮИ, Свердловский юридический институт. В июле я сюда пришел стажером. Молодой мальчик, 21 год.

 Я стажировался в милиции — а здесь был другой мир, мир большой юриспруденции. И я впервые с другой точки зрения взглянул на это  — с точки зрения защиты прав граждан. Смотрел на все, открыв рот. Надо было учиться, учиться и учиться. 

И 19 мая 1994 года, в день Пионерии, я был принят в Свердловскую областную коллегию адвокатов. До сих пор тружусь здесь. У было меня множество дел — от самых простых до сложнейших. 

Помню один случай, который меня удивил. На заре своей практики я участвовал в деле об убийстве. В середине 90-х в селе Новоалексеевском топором зарубили спящего мужчину. В этом обвинили двух молодых мужчин — было застолье, все в алкогольном опьянении, пошли какие-то разговоры, ну и мало кто что помнит. 

Тогда было выездное заседание Свердловского областного суда здесь, в Первоуральске. Сейчас этого не происходит, но раньше это практиковалось. Я защищал одно из подсудимых.

 

В качестве свидетеля пришел дед. Пришел — и рассказал, что это он убийство совершил. Хотя его допрашивал следователь — и дед ничего ему не сказал, не дал признательных показаний. А пришел в суд — начал рассказывать версию как свидетель и признался. 

Мужчин освободили из-под стражи. А деда потом арестовали. Меня, молодого адвоката, это все поразило до мозга костей. Почему человек созналася? Наверное, совесть замучила — как угодно это можно расценивать. 

Я, как правило, беру сложные дела — потому что люблю такие. В них надо разбираться: не всегда у человека настолько большая вина, как представляет следствие. Либо человек вообще не виновен.

 

Хочется, что справедливость восторжествовала. Чтобы невиновный был оправдан, а виновный отвечал именно за то, что он совершил, получил справедливое наказание. 

По статистике, процент оправдательных приговоров по уголовным делам в России  фактически является математической погрешностью. Это не процент, это десятые доли процента. Даже в советские времена было больше. 

 

Главный принцип — не навредить 

—  Работает адвокат по соглашению или по назначению — он обязан оказывать квалифицированную юридическую помощь, Конституция Российской Федерации это гарантирует. Занимаясь защитой по уголовному делу, адвокат должен руководствоваться принципом— «Не навреди». 

Да, мы же тоже живые люди, мы подвержены эмоциям. Но нужно отодвигать эмоции на второй план. Точно так же, как и врач, оказывая медицинскую помощь пациенту, руководствуется клятвой Гиппократа. А в клятве нет оговорок — будь пациентом злодей или святой.

 

У меня было сложное дело в 2015 году. Утонули два мальчика в реке Чусовой на Сажинском мосту. Они пришли купаться. И один, помладше, прыгнул выше плотины: хотел зацепиться за цепь, на которую запирались задвижки — но его затянуло в плотину. Второй парень решил его спасти, прыгнул следом — и его тоже затянуло в плотину. 

Мост вместе с насосной станцией находится под охраной. Пост охраны — на насосной станции. А по самому мосту свободный проход и проезд. Следователи решили, что виноват охранник, который в этот день дежурил. Раз охранник находился на рабочем месте, он, как минимум, должен был парней оттуда прогнать. 

Охраннику, молодому человеку, вменили ст.109 УК РФ — «Причинение смерти по неосторожности». И вроде было все понятно. 

Дело четыре раза отправляли на дополнительное расследование, утверждено оно было только прокурором Свердловской области — что очень редко бывает. Хотя, казалось бы, все это случилось на местном уровне. В итоге дело отправили в суд. 

История рассмотрения длилась полтора года. Парень-охранник очень переживал. В этот период у него умерла мама — от переживаний. Нам предлагали — «Признайте вину, все будет хорошо. Выйдете с наименьшими потерями». Но мой клиент сказал: «Я невиновен, не хочу брать грех на душу». И до последнего он на этом стоял.

 

Во время судебного разбирательства мы подняли документы на охрану, его должностные инструкции — выяснилось, что в его действиях нет состава преступления. Он не обязан был прогонять этих мальчиков.  

Городской суд признал моего клиента полностью невиновным. Потерпевшие обжаловали решение — и мы выиграли апелляцию в Свердловском областном суде.  

Надо было видеть моего клиента после оглашения приговора и после заседания областного суда — у него гора с плеч спала. Он оказался умиротворенным, расслабленным. И у него все-таки вера в правосудие осталась. 

Сейчас мы периодически с ним встречаемся в городе, жмем друг другу руки. И он каждый раз говорит: «Спасибо».

 

Работа — большой стресс

— На работе напряжение большое — мы, адвокаты, получаем серьезный психологический стресс. Ведь следователь закончил дело — все. Судья рассмотрел дело — все. А мы от начала и до конца с человеком.

Очень тяжело дается посещение колонии —  к комнате свиданий тебя ведут по территории. Ты идешь и видишь осужденных, чем они занимаются. Это достаточно непросто — смотреть на тех, кто получил длительные сроки лишения свободы. 

В колонии люди постоянно находятся в изоляции — это еще больший эмоциональный стресс. Есть люди стойкие. Есть те, кто психологически ломается. И помимо юридической помощи адвокат выступает в роли психолога. 

У меня, например, клиенты были, которые просили, чтобы я к их родственнику специально в колонию ездил и навещал хотя бы раз в неделю. Ездил и просто разговаривал. 

Бывает, не спишь по ночам. Если готовишься к сложному процессу, можешь в голове прокручивать и прокручивать обстоятельства дела. Но мне свежие мысли приходят в голову с утра — как говорится, утро вечера мудренее.

 Если вечером садишься писать, например, апелляционную жалобу на приговор суда — лучше это дело отложить. С утра в голову может прийти хорошая здравая мысль. 

Считаю, что дело нужно доводить до конца. Если взялся за защиту — веди ее до конца. Даже если гонорар тебе не заплатят. 

Еще в 90-х был у меня подзащитный. Молодой парень из деревни Шалинского района — что-то он украл во дворе у соседей. У нас более-менее удачно история закончилась с уголовным делом. А денег у семьи почти не было. Сначала они платили, а потом не смогли. 

И вот мама парня — пожилая женщина — в 30-ти градусный мороз села на автобус в своей деревне, добралась до конторы и пришла ко мне. Поставила вот тут мешок, а в нем — 3 килограмма мяса. Я говорю: «Не надо, заберите, пожалуйста». А она поставила и ушла. И это очень трогательно было. 

В то время и сеном, и картошкой с адвокатами расплачивались. Денег у людей не было, а помощь была нужна.

 


 Фото Дмитрия Дегтяря